Поет слепой
Поёт слепой, поёт слепой.
А Солнце говорит: Не пой!
– Ты, Солнце, не командуй мне!
Живу, как рыба в глубине.
Мне звуки слышные в ночи
Понятней, чем твои лучи.
А то как вывалишь, горя,
Свой чан на смерда, на царя –
Так не поймешь в какой черед
Их Ангел смерти заберет.
А Солнце говорит: Слепой,
Ты отчего такой тупой?
Я пронизающую згу
Собой заполнить не смогу,
Но тужусь я – и блики дней
На ней то ярче, то бледней.
Вслед за музыкой Сен-Санса
Вслед за музыкой Сен-Санса
Вышли, важны и смешны,
На просторы контрданса
Черепахи и слоны.
А в аквариуме дочек
сто! – и в вальсе все кружат,
И вуалевый платочек
К сердцу рыбьему прижат.
Разве ты затем, со стоном
Скрипок, музыка, нужна,
Чтоб Почетным Легионом
Грудь украсилась слона?
Разве в Царствии Небесном,
Где жируют Бах и Кант,
Хоть кому-нибудь известно
Как трехцветный вяжут бант?
Ну-ка, партии разметим!
И нащупаем ногой
Под Республикою Третьей
Строй согласия другой.
Мы исторгнуть можем слезы,
Минув пошлые слова,
Если разом станут в позы
На линейках существа.
Тут в свои играют игры,
Флейта выкрикнет: ку-ку!,
И пространство спящим тигром
Повернется на боку.
Сцена на кладбище
О.Ш.
Дон Гуан
Я вас убил.
Дон Карлос
Пустое, кабальеро!
Я тоже убивал Вас – раз пятнадцать.
Когда она (и поволокой томной
Подергивался взор) роняла: “Дон
Гуана сочиненье…” – я тотчас
Вонзал клинок Вам в сердце. И не каюсь.
Дон Гуан
Как холодно! Гроба… И соловей
Умолк в листве.
Дон Карлос
Да, соловьи смолкают,
Когда я выхожу наверх. Но к делу:
О чем спросить хотели Вы?
Дон Гуан
Спросить?
Я Вас хотел спросить? Ах да! О чем же?
Дон Карлос
Поторопитесь, кабальеро! Скоро
В деревне закричит петух, и мы
Расстанемся.
Дон Гуан
Но ненадолго, правда
Мой милый?
Дон Карлос
Кабальеро, я спешу.
Дон Гуан
Ну, коли так, скажите мне: дотла ли
Все выжигает свет – и пот, и запах –
Иль, как и здесь, смятеньем живы души?
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Лепорелло
О, Матерь Божья! Срам на всю Севилью!
Кастильский гранд, питомец Саламанки
Разлегся на могиле, точно пьяный
Погонщик мулов! Эй, проснитесь, сударь!
Давайте я Вам платье отряхну.
Это – жизни начало
Это – жизни начало,
Крупный план бытия.
Сбоку ручка торчала.
оказалась- моя.
ПрорезАлись,как зубки,
С болью Божьи дары.
И пошла на уступки
Темнота, до поры.
Рот заполнили звуки,
Начинаясь на “му”,
Чтобы пламенной муки
Не терпеть одному.
Обостряй восприятье,
Смерть!- точи, не погни.
Ум, как тесное платье,
На крючок расстегни.